#Hot! XXII РадиоФорум состоится 12 декабря 2017 года

"Говорит Москва": Бунин VS Кожевников

Текстовая версия
"Говорит Москва": Бунин VS Кожевников


21/08/2015 г. Стенограмма эфира радиостанции "Говорит Москва".

Ю. БУДКИН: Это радиостанция «Говорит Москва». Пятница, 21 августа. Сейчас 20:06, в студии Юрий Будкин. Добрый вечер. У нас сегодня будет программа «Отбой», когда мы обсуждаем новости этого дня во втором часе, а прямо сейчас, как мы и обещали, - генеральный директор Федерального унитарного государственного предприятия «Госконцерт» Сергей Бунин. Сергей Сергеевич, здравствуйте.

С. БУНИН: Здравствуйте.

Ю. БУДКИН: Первым делом, «Госконцерт» чем конкретно занимается? Просто последнее время о вас говорят в разрезе радиовещания почему-то.

С. БУНИН: «Госконцерт» занимается концертной деятельностью, что логично. Соответственно, он занимается любыми проектами, связанными с музыкой, гастролями артистов, крупномасштабными акциями. Прошлый год мы занимались, в первую очередь, мероприятиями в Крыму, которые были связаны с поддержкой населения Крыма в непростой период перед референдумом. После этого неоднократно принимали участие в других мероприятиях, организовывали гуманитарную помощь в регионы. В том числе наши артисты, которые не остались в стороне и прислушались к нашему мнению, ездили в Луганск на день города. Это любые концертные акции с участие артистов, как правило, крупномасштабные. Мы делали День России на Красной площади.

Ю. БУДКИН: Эти крупномасштабные акции, которыми занимается Госконцерт, все-таки это для Вас бизнес или Вы федеральное государственное предприятие, которое преследует иные цели?

С. БУНИН: Любое мероприятие, которое мы проводим, связано ли оно с бизнесом, мы стараемся сделать так, чтобы оно было полезно в нашем понимании для страны, для народа. Мы стараемся согласовывать с тем, что происходит в стране, чтобы от наших мероприятий люди получали какой-то позитив, чтобы настрой бы совершенно правильный. Для людей в Крыму была задача настроить на позитивный лад, чтобы они легче переживали тяжелые времена. В любом бизнесе для нас есть некая социальная составляющая, для нас она очень важная.

Ю. БУДКИН: Когда Вы говорите о социальной составляющей, наверняка слышали, журналисты писали, что у Вас убытки в результате хозяйственной деятельности.

С. БУНИН: Убытки в результате хозяйственной деятельности не в результате «Госконцерта», который относится к периоду, когда я стал генеральным директором. Все убытки возникли в прошлом. Плюс такой, знаете, совершенно не творческий момент и причина – это отзыв лицензии у банка, в котором находились деньги «Госконцерта».

Ю. БУДКИН: Чем сейчас занимается «Госконцерт»?

С. БУНИН: Сейчас занимается сделкой с «ИФД Капиталъ» относительно покупки «Русской медиагруппы».

Ю. БУДКИН: Когда Вы говорите, что занимаетесь этой сделкой, мы знаем, что она одобрена, во-первых, государственными соответствующими органами. Я знаю, что Вы обсуждали с господином Волиным. Но как долго это ещё продлится? Можно говорит о каких-то сроках?

С. БУНИН: Сколько это продлится, это ситуация экономическая, нам нужно получить кредит в банке. Пока денег нет. Но вот видите, например, сегодня сенсационная новость о том, что господа Пригожин и Дробыш обращаются к акционерам нынешним с предложением выкупить самостоятельно «Русскую медагруппу». Здесь очень интересный момент, что они пишут, что они готовы выкупить «Русскую медиагруппу» за цену не меньше, чем предлагает «Госконцерт». Очень интересный двойной стандарт получается. Когда мы предлагаем за цену определённую, которую они считают мизерной, купить «Русскую медиагруппу», то мы рейдеры. Когда они пишут, что сумма не меньше – не говорят, что больше - это бизнес-предложение. Подмена понятий постоянно присутствует, поэтому каким образом сейчас они будут делать... Пока все, что говорит Пригожин, мы слушаем, мы читаем, мы находимся в информационном пространстве неизбежно, какие-то люди рассказывают нам о том, что происходит. Все эти слова воспринимаются нами достаточно спокойно, потому что посмотрите, сколько было сказано слов. Например, «за нас Кобзон подписал письмо президенту». Потом Кобзон 28 июля заявляет, что он не подписывал никакого письма. Несмотря на это, продолжается, в этот же день, на следующий день и много ещё подборок – и в августе, и в июле все время эта тема мусируется и подогревается господином Пригожиным, его соратниками, потому что ему очень важно прикрываться серьезным именем. Иосиф Давыдович – уважаемый человек. Игнорируется даже его собственное заявление и продолжается педалирование.

Ю. БУДКИН: Это все заявление в СМИ или есть какие-то документы?

С. БУНИН: Документ чего?

Ю. БУДКИН: Господин Пригожин говорит, что «мы собираемся выкупить».

С. БУНИН: В том-то всё и дело. Где письмо, которое подписал, как они говорят, Кобзон и остальные артисты?

Ю. БУДКИН: Или письмо, в котором было бы сказано, что эти люди запрещают «Русскому радио»?

С. БУНИН: Ничего нет, поэтому воспринимать очень сложно. Что происходит, на мой взгляд? Происходит очень понятная история, когда они узнали об этой сделке. Это продюсерский центр, который оккупировал радиостанции.

Ю. БУДКИН: Пригожин и Дробыш?

С. БУНИН: Там ещё есть Фадеев. Имена можно называть сколько угодно. Они все известны и публичны. Это же такой клуб и междусобойчик по интересам, через который невозможно пробиваться новым именам и талантам.

Ю. БУДКИН: Продюсеры для того и нужны, чтобы пробивались новые таланты. Они делают это профессионально.

С. БУНИН: Безусловно, они должны делать профессионально, но когда сложился определенный пул артистов продюсерских центров, то получается, что им невыгодно раскручивать новых артистов, потому что их надо раскручивать, в них надо вкладывать.

Ю. БУДКИН: А Ваша выгода в чём?

С. БУНИН: Мы в любом бизнесе всегда стараемся включать какую-то социальную историю. Плюс заявили в официальном заявлении «Госконцерта», что наша политика, если мы будем собственниками «Русской медиагруппы», будет направлена на то, чтобы новые артисты получали возможность быть услышанными.

Ю. БУДКИН: Я понимаю, как Вы это объясняете, но вопрос в другом. Они получат возможность быть услышанными, а Вам в ответ скажут «кто их услышат, люди то разбегутся».

С. БУНИН: Неправда. Опять слышат только то, что потом выгодно комментировать. Когда мы говорим, что нужны новые имена, мы заявляли, что уйдут все старые? Мы никогда об этом не говорили. Безусловно, возникнет конкуренция, и это же хорошо.

Ю. БУДКИН: Так её нет сейчас что ли?

С. БУНИН: Сейчас нет конкуренции, сейчас есть засилье. Пробиться невозможно. Когда есть конкуренция в любом бизнесе, это идёт на благо, это оздоровление, это свежая кровь. Новые артисты, Вы говорите, опрокинут эфир. Скажите, пожалуйста, какой рейтинг у программы «Голос», где все новые имена?

Ю. БУДКИН: Одна из самых рейтинговых программ.

С. БУНИН: Там есть хотя один не новый артист? Наверно, нет.

Ю. БУДКИН: Там в жюри люди очень известные.

С. БУНИН: Мы говорим о тех, кто исполняет песни, кого выбирает страна, жюри. Люди обсуждают, вот смотрите, какой новый певец, певица, таланты. Где все эти артисты? Хоть один потом появился в эфире? Ну, может быть, единицы появились. Где остальные?

Ю. БУДКИН: Юрий пишет: «Одни согласны выкупить, вторые просто жаждут выкупить «Русскую медиагруппу». Откуда это всё пошло? Продавцы собирались продавать её?».

С. БУНИН: Нынешние акционеры в каком-то смысле - это инвестиционная компания. Все активы, которые в неё попадают, предполагается, что через какое-то время они будут проданы. Именно в этом и есть смысл инвестиционной компании. Поэтому в какой-то момент нынешние акционеры стали подумывать о том, чтобы продать. В этом наши интересы совпали, и мы стали обсуждать эту сделку.

Ю. БУДКИН: Если деятельность Вашего предприятия прежде была убыточной, а теперь Вы добавляете в свою деятельность, что называется, новую отрасль, то не очень понятно на что Вы рассчитываете, кто может дать на это денег.

С. БУНИН: На что?

Ю. БУДКИН: К примеру, на покупку «Русской медиагруппы».

С. БУНИН: Это традиционная история. Банки.

Ю. БУДКИН: Банки доверяют федеральным предприятиям?

С. БУНИН: Банки доверяют, наверное, правильным проектам и перспективному бизнесу.

Ю. БУДКИН: Виталий 44-ый: «Или Вы у государства будете брать?»

С. БУНИН: Мы у государства ничего не будем брать. Мы ФГУП, там есть слово государственный, но при этом мы не имеем права на государственные заказы, финансирование. Мы всё делаем на общих основаниях, как и любые другие коммерческие организации, поэтому мы идём в абсолютно нормальной экономической модели, когда просим деньги у банка. Я хочу сказать о том, что господин Архипов заявил, что «Русской медиагруппе» осталось жить три месяца. Наверно, если банк продолжает с нами переговоры, наверно, если банк оценивает эту сделку, кредит как возвратный, значит банк оценивает этот бизнес не как убыточный, и, наверно, уж точно не даёт ему три месяца жизни.

Ю. БУДКИН: Но Вы же приглашали господина Архипова, значит доверяли его оценкам? Буквально несколько дней назад.

С. БУНИН: Приглашали акционеры. Мы оценкам его доверяли. Мы сходились во мнении относительно необходимости дать дорогу молодым, но при этом после этого разговора появились заявления о том, что я потребовал убрать кого-то из эфира и последовало это увольнение.

Ю. БУДКИН: А этого не было?

С. БУНИН: Я не требовал убирать никого из эфира. Более того, как Вы видите, сколько времени прошло с момента увольнения Кожевникова, и даже те формально 9 фактически, три дня нахождения Архипова у руля, никто не был убран, уж точно из того списка, который подписали, кроме, будете смеяться, артистов Владимира Киселёва.

Ю. БУДКИН: А их кто убрал из эфира?

С. БУНИН: Насколько следует из ротационных справок, это было последнее, что успел сделать Сергей Кожевников на посту гендиректора.

Ю. БУДКИН: Тут какая-то путаница получается. Вы ещё не получили деньги, Вы ещё не купили «Русскую медиагруппу», но при этом можете, так или иначе, следить за тем, что происходит внутри медиагруппы. А в каком качестве?

С. БУНИН: Мы не можем следить. Мы потенциальные покупали и собственники. Нам это архиважно начать понимать, что там происходит, чтобы, когда мы станем собственниками, нам не оказаться у разбитого корыта. Это нормальные вещи, это аудит. Это юридические проверки, это всё что сопутствует любой нормальной сделке. Мы должны знать, какое хозяйство мы получаем. И мы имеем на это официальное право – любой покупатель, который серьёзно заявил о своих намерениях.

Ю. БУДКИН: Гипотетически, если у Вас в том момент был разговор с Архиповым о том, что может или не может звучать в эфире, это был разговор хозяина с менеджером, нет?

С. БУНИН: У меня был разговор мой, как потенциального покупателя, и нынешнего гендиректора. Представьте ситуацию, что через какое-то время мы приходим в качестве собственников. Там находится генеральный директор Архипов. Разве не полезно заранее знать его позицию? Согласовать какие-то основные точки? Мы же не изолированы друг от друга. Сейчас понятно, что он уехал в Финляндию, но до этого мы имели возможность общаться и обмениваться мнениями.

Ю. БУДКИН: Вообще на данный момент кто руководит «Русской медиагруппой»? Эта информация Вам хотя бы известна?

С. БУНИН: На данный момент я знаю, что заявление об уходе Сергей Архипов не писал. Соответственно, он остаётся генеральным директором. Об этом говорила Ольга Плаксина – председатель правления «ИФД Капиталъ».

Ю. БУДКИН: Но если господин Архипов уехал в Финляндию, то, по сути, получается никто не руководит «Русской медиагруппой»?

С. БУНИН: Господин Архипов уезжал в Финляндию и тогда, когда руководил «Русской медиагруппой» и десятилетия назад. Никто тогда об этом не печалился.

Ю. БУДКИН: Когда Вы начинали этот процесс, Вы ведь вряд ли предполагали, что будет скандал с одним из основателей «Русской медиагруппы», потом скандал с другим основателем, что появятся письма от Пригожина и Дробыша. Вам она всё ещё нужна?

С. БУНИН: Скандал – это противодействие. Мы ни с кем не воюем. Это мнение, раздуваемое определёнными людьми. Их фамилии всем известны. Мы не участвуем в этом скандале, мы занимаемся своими делами, сделкой и готовимся к приобретению. А что изменилось? Эфир, как существует, так и существует. «Золотой граммофон» готовится. Никого из эфира не убирают.

Ю. БУДКИН: Я видел сообщения о том, что не будет «Золотого граммофона».

С. БУНИН: Чьё сообщение?

Ю. БУДКИН: Есть разговоры. Официальных нет.

С. БУНИН: У нас есть сделка, документы и абсолютно юридический процесс. И есть разговоры. Давайте ставить на чашу весов – на что ориентироваться? Разговаривать можно о чем угодно. Например, Пригожин говорит теперь, что ему стрелял в окно Киселёв, что он бандит. Но очень легко проследить. Это он говорил 19 августа, «Комсомольская правда». Но 26 июня он говорил по этому поводу, что он считает, что ему стрелял в окна молодой человек его жены. То есть очень удобно – модель меняется, когда нужно, подтасовываются факты, и начинают работать на новую линию, которая ему выгодна.

Ю. БУДКИН: Виталий 44-ый пишет: «Может быть, граммофон вы и будете пытаться проводить, но артисты то участвовать будут? Того же Пригожина, Дробыша?». А я добавлю про упомянутого Вами Фадеева. Это ж звёзды.

С. БУНИН: Они любят говорить слово «бойкот». Для нас это не бойкот. Это очень правильное благородное действие артистов, которые уступают место в эфире. Они же первые заявили, что они не хотят в эфир, это я к тому, что они потом нас обвиняли, что мы кого-то там хотим снимать. Но они первые заявили в своем письме президенту, что они не видят возможности сотрудничества с «Русской медиагруппой» в случае прихода новых собственников. Бойкот – это некая формулировка, которую мы читаем как благородный поступок, потому что они сами уходят, значит они понимают, что им нужно уйти или они не смогут конкурировать с профессионализмом новых артистов. В этом посыле Пригожина или есть какие-то люди, которые к его мнению присоединяются, мы находим определённое неуважительное отношение к другим артистам. Сколько подписантов мы не знаем, но, по-моему, судя по тому, кого перечисляет Пригожин, это около 10 человек. Что на них сошелся свет клином и нет больше артистов? Нет артистов, которых нет в эфире «Русского радио», поэтому считается, что их нет.

Ю. БУДКИН: Юрий задаёт Вам вопрос: «А почему именно «Русское радио»? Ведь полно других мёртвых радиостанций. Или Вы понимаете, что Вам нужно что-то рейтинговое».

С. БУНИН: Что значит других? В «Русской медиагруппе» есть радио «Монте-Карло», радио «Максимум», «DFM», которые кстати, вопреки появляющимся мнениям, что мы на «Монте-Карло» и на «Максимуме» уберём западную музыку, и редактору будет нечего делать…

Ю. БУДКИН: Ну, из «Монте-Карло» сложно сделать патриотическую радиостанцию.

С. БУНИН: Во-первых, мы не собираемся гробить существующий бизнес. Мы собираемся повышать его экономические показатели. То, что делает этот бизнес успешным сейчас, мы будем это развивать. Мы не собираемся ничего метлой выметать, никакую чистку и репрессии проводить. Профессиональные люди все останутся на местах, эфир останется таким как сейчас. На его базе мы будет совершать определённые действия, чтобы повышать его эффективность. Соответственно, патриотическую радиостанцию можно сделать из чего угодно. Вопрос не в том, что надо на телеканале ходить с флагом, в валенках или играть на балалайке, чтобы быть патриотом. Очень много раз говорил – мы считаем патриотичным делать качественно своё дело, также как Вы можете быть патриотом, если качественно делаете свою работу. Я и любой артист, который за счет своего профессионализма, таланта, уважительного отношения к аудитории, что он предлагает слушать то, что людей, как минимум, развивает, то, что позитивно сказывается на настроении человека. Это всё делает в целом нашу страну, поднимает. Давайте предположим, что есть русский артист, который воспитан на западной музыке. Мы ж не хаем Моцарта за то, что он нерусский.

Ю. БУДКИН: Ну, кого-то же хаем.

С. БУНИН: Мы никого не хаем. Мы как патриотически настроенный народ. Это же классика. Также есть классика джаза, рок-н-ролла. Нельзя отрицать то, что годами стало золотым фондом и на чем не стыдно быть воспитанным. Если русский артист, воспитанный на отечественной музыке и зарубежной, стал персоной, если он вышел на международный уровень, то это разве не патриотично, что его теперь слушает весь мир и знает, что он русский? Разве это не гордость за страну и гордость за артиста? В этом патриотизм, а не в том, что он будет петь на Евровидении гимн России.

Ю. БУДКИН: Всё-таки возвращаясь к «Русскому радио». А те люди, которые сейчас делают рейтинг «Русскому радио», неоднократно говорили, что «Русское радио» – это прибыльный проект. Если есть люди, которые своими именами эту прибыль дают, то если они уйдут, то уйдёт и прибыль. Кстати, Юрий спрашивает, а какие у Вас примеры артистов, которые патриотично правильные?

С. БУНИН: Я не хочу называть имена, чтобы не обижать других. Но послушайте наши радиостанции, зайдите в музыкальные магазины, пока они существуют. Полно артистов. Прибыль не может упасть, потому что мы не собираемся проводить чистку, с ног на голову переворачивать эфир.

Ю. БУДКИН: Просто Виталий 44-ый тут же имя называет. Валерия – стопроцентный патриот.

С. БУНИН: В чем?

Ю. БУДКИН: Патриот государства российского. Я так понимаю Виталия 44-го.

С. БУНИН: Прекрасно, я с этим не спорю. И что из этого следует?

Ю. БУДКИН: Насколько мы слышим последние новости, получается так, что с одной стороны есть Вы, а Валерия точно будет с другой стороны.

С. БУНИН: Это сказал Пригожин или Валерия? Мы ни разу такого не говорили. У нас нет цели убирать артистов из эфира. Нам важно, чтобы в нашей парадигме «Русского радио» и «Русской медиагруппы» не было единоличного решения, кто будет в эфире или не будет, чтобы не было человека, который принимает это решение, чтобы не было продюсерских центров, которые влияют на это решение, чтобы был некий коллегиальный орган, который будет состоять из профессионалов. И мы сейчас активно занимаемся обсуждением и переговорами с такими людьми. Кстати, Кожевников там язвил по поводу моего образования, что я не человек этой индустрии. Он то сам откуда, знаете? Промышленный университет по специальности художник-декоратор. Я знаю, что он разрабатывал лого «Русского радио». Художник и музыка – творческие профессии, а где ещё связь? Мы, я и Киселёв, не собираемся сами управлять творческим процессом. У нас будут профессионалы, которые будут этим заниматься.

Ю. БУДКИН: Какова роль Владимира Киселёва? Он кто в этой сделке?

С. БУНИН: Владимир Киселёв – инициатор той идеи, о которой сейчас все говорят – создание патриотическое холдинга. Потом всё смешалось, потому что письмо, которое оказалось обнародованным о создании холдинга, было обнародовано в тот момент, когда все заговорили о сделке, и у всех в сознании эти два процесса увязались в один, хотя Владимир Киселёв не планировал создать патриотический холдинг, и с этой целью покупать «Русскую медиагруппу». Там было заявлено о том, что этот холдинг будет строиться на основании партнёрства со многими музыкальными СМИ и с телеканалами, и с радиостанциями, но самое главное, что он должен был быть построен на базе разрушенного концертного зала «Россия», на базе стадиона «Открытие». Ни о какой покупке «Русской медиагруппы» для этой цели там вообще не шла.

Ю. БУДКИН: Стадион «Открытие» – это стадион, который уже открылся?

С. БУНИН: Да, как некая база, концертная площадка. «Госконцерт» предлагался как координационный центр этого процесса, чтобы взаимодействовать со всеми СМИ, которые относятся к музыкальному бизнесу.

Ю. БУДКИН: Когда эта сделка случится, Владимир Киселев будет работать или нет с этой медиагруппой или в ней?

С. БУНИН: Безусловно, если это произойдёт, то участвовать «Русская медиагруппа» будет в той идее, которую предлагает Владимир Киселёв.

Ю. БУДКИН: А его роль какая будет?

С. БУНИН: Продюсера. Он продюсер проекта создания этого патриотического холдинга. На счет того, будет ли он работать внутри «Русской медиагруппы» – мне о таких планах не известно.

Ю. БУДКИН: 96-ый спрашивает: «Как Вы оцениваете творчество артистов ЮрКисс, Владимира и Елены Север?».

С. БУНИН: Я сегодня стараюсь имена не называть и свои отношения не высказывать. Как минимум, артисты новые, и им если не дать возможность появиться в эфире, то они никогда не смогут заявить аудитории о своём творчестве.

Ю. БУДКИН: Я правильно понимаю, что это семья Владимира Киселёва. Это его дети и его жена.

С. БУНИН: Да. Вопрос в другом. А смогут ли они настолько быть качественными, чтобы составить конкуренцию другим новым артистам? Здесь уже как раз из личная история. Вопрос о том, чтобы дать возможность, трамплин. Поэтому я ко всем новым именам, артистам отношусь положительно. Если никого не видеть и не слышать, мы так никого и не получим. И в Новый год мы так и будем смотреть ещё 10 лет, будем слушать одни и те же песни и видеть одни и те же лица.

Ю. БУДКИН: Вы говорили, что ищете людей, которые будут подбирать песни для эфира. Как это будет работать? Эти люди будут сидеть дома или на своём рабочем месте? Вы будете предлагать им целой список. Сейчас есть люди, которые отбирают песни для эфира разных радиостанций.

С. БУНИН: Сейчас, насколько мне известно, конечный голос принадлежал одному лицу или в крайнем случае двум. Мы же говорим о том, что нам коллегиальный орган уже будет давать готовое решение. Мы управленцы. Мы не лезем в творчество. Мы занимаемся тем, чтобы холдинг работал как бизнес-структура. А творчеством будут заниматься совершенно другие люди.

Ю. БУДКИН: Это большое количество творческих людей, которые отбирают друг друга, не получится ли так, что они забуксуют? Вы уверены, что этот механизм будет работать?

С. БУНИН: Во-первых, не попробуешь – не узнаешь. Во-вторых, я не понимаю, почему они должны забуксовать. Если не брать на работу неудачливых музыкантов, которые мстят удачливым, талантливым, новым, что они такие талантливые, не пропускают их в эфир, как бывает, тогда этой проблемы можно будет избежать.

Ю. БУДКИН: А можно ли избежать той проблемы, о которой говорил неудавшийся руководитель «Русской медиагруппы» господин Архипов, когда говорил о неких телефонных требованиях управленца человеку творческому снять или не пускать тех или иных исполнителей?

С. БУНИН: Я не требовал никого снимать. Мы говорили о том, что есть продюсерские центры и продюсеры, которые оккупировали подступы к «Русскому радио» и нельзя их подпускать не потому, что надо снять песни их артистов, а потому что нельзя допускать ту ситуацию, когда на мнение этого худсовета влияют внешние факторы. Это разные вещи.

Ю. БУДКИН: Тогда к возможной сделке. А сколько это стоит? Или это коммерческая тайна?

С. БУНИН: Безусловно. Даже господин Пригожин, который любит всё озвучивать, даже он этого не говорит.

Ю. БУДКИН: Он говорит «не меньше, чем те деньги, которые предлагает «Госконцерт».

С. БУНИН: Он, видимо, осведомлён.

Ю. БУДКИН: Когда Вы говорите о переговорах с банком, это переговоры с одним банком и это тоже название, которого привести нельзя?

С. БУНИН: Это неправильно, потому что зачем мешать господам банкирам заниматься своим делом. Им сейчас начнутся бесконечные звонки, и мы затянем этот процесс. Мы работаем с ещё одним банком. Если по какой-то причине что-то не сложится с этим, мы обратимся к другому.

Ю. БУДКИН: Это по времени открытый процесс.

С. БУНИН: А мы никуда не спешим.

Ю. БУДКИН: Вы абсолютно уверены том, что именно Вас выберут продавцы.

С. БУНИН: Нельзя говорить в чем мы уверены. Мы пока находимся в абсолютно конструктивных переговорах. У меня нет оснований считать, что есть другой потенциальный покупатель, но залезать в голову нынешним акционерам я не могу.

Ю. БУДКИН: Но, так или иначе, Вам ничего не известно, что к господину Федуну обращаются какие-то другие люди с серьёзными предложениями.

С. БУНИН: Мне не известно.

Ю. БУДКИН: Юрий продолжает писать свои предположения: «Это стопроцентно государственный банк, потому что ни один банк на подобные авантюры денег не дает».

С. БУНИН: Видимо, Юрий специалист высокой квалификации, что он точно знает какие банки и на какие проекты дают деньги, а на какие не дают. Это его мнение.

Ю. БУДКИН: Тогда другое мнение. Илья пишет и желает Вам удачи в нелегком деле. Но дальше: «Но кроме громких слов у Вас ничего нет. Вы не боитесь, что не получится?».

С. БУНИН: У нас не может быть ничего, потому что мы не являемся собственниками. Пока мы заявляем о своих намерениях. Ещё раз - тот пресс-релиз, сообщение, которое опубликовал «Госконцерт», именно был опубликован для того, чтобы все знали, что мы ставим во главу угла. Бояться – в лес не ходить.

Ю. БУДКИН: Виталий 44-ый пишет: «Этот патриотический холдинг создаётся как инструмент пропаганды? Для чего он?».

С. БУНИН: Он создается как инструмент, который возник и на базе того, что в свое время возник эфемерный холдинг, куда можно зачислить и Макаревича, и Арбенину и Гребенщикова, который можно назвать антироссийским и антипатриотичным. Любое действие рождает противодействие.

Ю. БУДКИН: То есть на ваших радиостанциях ни Арбениной, ни Макаревича быть не должно гипотетически.

С. БУНИН: Единственное мерило – это качество и профессионализм. Если они не будут в песнях петь о том, что наша страна – это убожество и родина-уродина.

Ю. БУДКИН: Но «волк и заяц, птицы в клетке – все они марионетки».

С. БУНИН: Это кто как воспринимает. Мы, когда говорим о «Госконцерте», за то, чтобы был порядок в концертной деятельности и музыкальном бизнесе в целом, чтобы не получалось так, что слушатель пришёл за позитивом и хорошим настроением, а получил волну негатива. Пришел на концерт артиста послушать песни, а получил какие-то политические лозунги.

Ю. БУДКИН: Если у Вас списки каких-то артистов? Если те, кто принципиально с Вами не работает? Есть ли люди, с которыми вы принципиально не работаете?

С. БУНИН: Безусловно, нет. Господин Пригожин говорит о списках. Он упоминает, что с ним теперь Пугачева, Орбакайте будут создавать новую радиостанцию. Но если Вы не знаете еще, то ни Кристина Орбакайте, ни Алла Борисовна Пугачёва не давали своё согласие на это, не участвуют в этом.

Ю. БУДКИН: Он сам сегодня писал в Твиттере, что довольно давно не общался с Пугачёвой.

С. БУНИН: При этом он записал их в худсовет. Он всё время противоречит сам себе. Также, как и Кожевников, который говорит, что Киселёв ему угрожал, а потом говорит, что Киселёва вообще пять лет не видел, а видел один раз в кабинете Федуна, а потом он переходит вообще к тому, что все угрозы и увольнение – это следствие того, что меня оставили один на один с Киселёвым, меня об этом открыто предупреждали. То есть он открыто обвиняет своих акционеров в том, что они ему угрожают.

Ю. БУДКИН: Кстати, у Кожевникова 22% акций «Русской медиагруппы». Как Вы себе представляете с ним взаимодействие после нынешней ситуации, когда по сути, получается, Вы обмениваетесь разговорами через СМИ?

С. БУНИН: Во-первых, мы не пришли что-либо себе представлять, как мы будем взаимодействовать с Кожевниковым или с кем-то. У нас есть некая концепция работы. Кто с нами не сработается – мы никого не заставляем, не держим. Говоря о работе с Кожевниковым, он мне сказал, ещё когда только начиналось обсуждение сделки, он мне сказал лично, по-моему, это было в его кабинете: «Моё дело сейчас сдать дела, дождаться сделки, получить свою долю и уйти». Поэтому это не наша какое-либо желание или нежелание с ним работать.

Ю. БУДКИН: Но Вы собираетесь покупать долю не только «ИФД Капиталъ», но и долю Кожевникова.

С. БУНИН: Что нам продадут, то мы и купим.

Ю. БУДКИН: Но на уровне разговоров речь идет о 78%?

С. БУНИН: Мы готовы купить 100%.

Ю. БУДКИН: «Откройте тогда новую радиогруппу, и тогда все вопросы у общественности пропадут», – пишет Сергей.

С. БУНИН: Сергей, почему, когда Гуцериев покупал «Шансон», когда Гридин покупал «Европейскую медиагруппу», почему ни слова о том, что они должны были купить что-то другое или создать что-то своё, никто сказал? При этом ни один ни другой не являются человеком из индустрии. Да, мы не медиа-люди, но мы из музыкального бизнеса. Может быть, крик из-за того, что нынешние господа эфиров просто бояться, что Киселёв не даст им, грубо говоря, творить тот беспредел, который сейчас происходит?

Ю. БУДКИН: Но всё-таки Киселёв может что-то давать или не давать при том качестве, о котором Вы говорили?

С. БУНИН: Не мы заявляем, а они боятся.

Ю. БУДКИН: Это Сергей Кожевников. Добрый вечер.

С. КОЖЕВНИКОВ: Добрый вечер.

Ю. БУДКИН: Вы в эфире. Господин Бунин говорит о том, что Вы собирались всё равно уходить и говорили об этом чуть ли не в своём кабинете, что Вы сдаёте дела?

С. КОЖЕВНИКОВ: Это неправда.

С. БУНИН: Это было в Вашем кабинете, когда Вы сказали, что Ваша задача дождаться сделки, получить долю и освободить место.

С. КОЖЕВНИКОВ: А что, мне была предложена какая-то доля, сделаны какие-то оферты? Нет.

С. БУНИН: Оферта могла поступить от старших акционеров.

С. КОЖЕВНИКОВ: Но она не поступила ни от старших акционеров, ни от «Госконцерта», ни от кого. И более того, до сих пор нет оферты от «Госконцерта». Пока мы обсуждаем Киселева или Бунина, или кого-то ещё, это все фантомы. Вас не существует как покупателей.

С. БУНИН: Вы, наверно, сами не дали дать Вам какую-то оферту, потому что Вы начали говорить о том, что на Вас давят. Вы, кстати, как и хотели. По возвращению в Москву, заявили в ФСБ, МВД по поводу угроз или еще не успели?

С. КОЖЕВНИКОВ: Ещё не успел, но охрану я уже нанял.

Ю. БУДКИН: Сергей Бунин говорит о том, что «Госконцерт» хочет и может купить все 100%, а Вы готовы им продавать свои 22%?

С. КОЖЕВНИКОВ: Если «Госконцерт» выступает как нормальная коммерческая организация, которая готова приобрести за деньги, но пока этого не случилось. Весной был продан радио «Шансон». Пока идёт дерготня вокруг «Госконцерта» и РМГ, уже…«Кекс ФМ», потому что сделка совершается тихо, спокойно, при заинтересованности обеих сторон. Здесь нет ни оферты, ни разумного предложения, но уже два месяца льется грязь и много шума.

С. БУНИН: С чьей стороны? Нашей? Нет.

С. КОЖЕВНИКОВ: А кто пишет письма?

С. БУНИН: Письма пишут те, кого Вы поддержали в Instagram.

С. КОЖЕВНИКОВ: В Instagram я всегда буду поддерживать артистов. Но рассылать артистам фальшивые письма, может? Это Вы делали? Фальшивые письма с угрозами. Это делает, видимо, «Госконцерт». В понедельник Вы приводите фальшивого директора к зам министру, и Вы не стесняетесь этого делать – не существующего человека в структуре РМГ. Называете его генеральным директором в РМГ. Это что? Это мошенничество.

С. БУНИН: Во-первых, управляющим директором, а во-вторых, директором, который определён, а не назначен. Мы его предлагаем в качестве управляющего директора.

С. КОЖЕВНИКОВ: Вы можете предлагать всё, что угодно.

С. БУНИН: Конечно, можем.

С. КОЖЕВНИКОВ: Но Вы не можете его представлять замминистра как существующего директора. Сейчас Вы занимаетесь мошенничеством. Говорите одно, а делаете другое.

Ю. БУДКИН: А каким может быть развитие ситуации?

С. КОЖЕВНИКОВ: Если «Госконцерт», как они уверяют, они добропорядочные граждане, то им нужно либо сделать официальную оферту, либо отойти от этой сделки.

Ю. БУДКИН: Официальную оферту Вам, как одному из владельцев?

С. КОЖЕВНИКОВ: Мне или моим старшим акционерам. Пока существует много суеты, но не существует ни денег, ни предложений.

С. БУНИН: То есть дело всё-таки не в патриотизме, а в деньгах. То есть кушать хочется самим.

С. КОЖЕВНИКОВ: Сначала господин Бунин уверяли, что они такие большие патриоты с господином Киселёвым, а сегодня написал официальное письмо на «Максимум» о том, что господин Киселёв глубокий поклонник западной музыки.

С. БУНИН: А Вы прослушали первую часть эфира, где я говорил о том, что не стыдно и не зазорно в своём творчестве, российским артистам в том числе, опираться на золотой фонд зарубежной международной музыки. Моцарт и Шопен тоже не российские композиторы.

С. КОЖЕВНИКОВ: Мне неприятно это слушать от человека, который не имеет ни музыкального, не иного образования, никогда не работающего на радио, на телевидении.

С. БУНИН: А откуда Вы знаете? Простите, а Ваше образование художника-декоратора Вам что даёт право?

С. КОЖЕВНИКОВ: Художника-монументалиста, будем точнее. Во-вторых, я на радио работаю 20 лет.

С. БУНИН: Через 20 лет я Вам тоже смогу легко оппонировать.

Ю. БУДКИН: Получается, что Вы не можете сейчас вступать в диалог конструктивный с «Госконцертом», или это возможно?

С. КОЖЕВНИКОВ: Почему-то у всех получается вступать со мной в конструктивный диалог: и у акционеров, и у артистов, и у продюсеров, у бизнесменов.

С. БУНИН: Наверно, потому что Вы не пишете против них письма президенту.

С. КОЖЕВНИКОВ: Я вообще писем никому не пишу.

С. БУНИН: Поддерживаете.

С. КОЖЕВНИКОВ: Артистов, в отличие от Вас, я буду не гнобить, а поддерживать.

С. БУНИН: А мы никого не гнобим, а поддерживаем. Когда господа пишут письмо, это караул, это правильные действия, но когда появляется некое письмо, которое, кстати, не нами подписывалось, но мы его поддерживаем, раз уж оно появилось, то это воспринимается как угроза, хотя это некая точка зрения относительно того, что артисты должны уступать место новым именам.

Ю. БУДКИН: У вас в ближайшее время назначены какие-то переговоры между собой? Сергей Кожевников и Сергей Бунин.

С. БУНИН: Я о таком не слышал.

Ю. БУДКИН: Сергей Кожевников был с нами по телефону, а в студии был в течение этого часа генеральный директор ФГУП «Госконцерт». Я благодарю Вас. Спасибо.

С. БУНИН: Спасибо Вам.


govoritmoskva.ru

#socialize! Читать наши новости в Facebook, RSS, E-Mail, ВКонтакте, Twitter

1291 - OnAir.ru, 22.08.2015 - Прислать свою новость!


  Читайте также:

Музыкальный марафон «Ээхх, Разгуляй! 2017» ОНЛАЙН
Юрий Костин: Каждый год мы стараемся дать зрителям новый уровень качества
Relax FM приглашает слушателей на 51-й Фестиваль японского кино
Новости городов вещания Love Radio
От «Вороваек» до Полины Гагариной: как радио «Шансон» меняется вместе со слушателями
Далее новости за этот день...




OnAir.ru

При полном или частичном использовании материалов активная индексируемая ссылка на сайт OnAir.Ru обязательна! Портал работает на PortalBuilder2 R5 HP.Свидетельство на товарный знак №264601, №264991 Российское агентство по патентам и товарным знакам.

Условия использования - Политика конфиденциальности - О защите персональных данных

- Мобильная версия сайта