Алексей Венедиктов: Мы не боремся за свободу слова. Мы ее применяем...


Текстовая версия


Радиостанция "Эхо Москвы" не оставляет никого равнодушным: станцию либо любят, либо ненавидят. Главный редактор СМИ, человек-бренд Алексей Венедиктов рассказал Лениздат.Ру о том, почему "Эхо Москвы" считают оппозиционной радиостанцией, как монетизируется приверженность к свободе слова, а также почему независимые медиа обгоняют по рейтингам попсовые радиостанции.

OnAir.ru - Алексей Венедиктов: Мы не боремся за свободу слова. Мы ее применяем...- Вы очень часто и с гордостью говорите о "Эхо Москвы" как об успешном с экономической точки зрения проекте. Между тем, радиостанция воспринимается как оплот либеральных ценностей (или, как говорят некоторые, "псевдолиберальных"). Скажите честно, неужели Вы просто заняты бизнесом и не боритесь за свободу слова?

- Для меня "Эхо" - это бизнес, если бизнес называть работой. Вернее, это - дело, которое включает в себя и борьбу за долю рынка. Но рынка не рекламного, а рынка слушателей. Я борюсь за то, чтобы больше людей слушало "Эхо Москвы" - это и есть мой бизнес. В "Газпроме" шутят, что Венедиктов представляет расходную часть бюджета. Я не занимаюсь доходами. В широком смысле слова, все это бизнес. Мы не боремся за свободу слова. Мы ее применяем. Мы не партия, которая должна бороться за или против свободы. Мы, безусловно, индустрия, но мы - и институт общества. В этом мой заочный, а иногда и очный спор с Путиным, когда он говорит о том, что медиа - это инструмент. Я же говорю, что медиа - это институт. "Эхо" - не псевдолиберальное и не либеральное СМИ. Мы вполне себе консервативное, профессиональное медиа, которое добивается успеха на рынке. В Москве мы уже шестой месяц на первом месте по КОМКОН и на третьем - по TNS. Чего вообще в природе не бывает, потому что разговорные станции в крупных мегаполисах пропускают вперед 7-10 музыкальных радиостанций. А мы не пропускаем. Это и есть успех.

- Откуда тогда ярлык о "либеральных крикунах" на "Эхо Москвы", которые критикуют и вставляют палки в колеса власти?

- Любой журналист по идее исповедует свободу слова. Во всяком случае, для себя. В этом смысле, на фоне тех журналистов и тех медиа, которые являются инструментами, мы выглядим суперлиберальными, это правда. Но любое профессиональное медиа – суперлиберальное. Любой профессионал в нормальной стране предоставляет право людям высказывать свое мнение. Это и есть либерализм. А те медиа, которые селектируют мнения – непрофессиональны. Что касается того, что о нас думают другие – наплевать. Мы же видим, как растет наша аудитория, как растет репутация. Наши журналисты имеют преимущества на пресс-конференциях, в поездках и в разговорах. Не только в стране, но и за рубежом. Это – репутация. В этом смысле, она замечательная.

- К разговору о либерализме и профессионализме. Получается, на "России-24" или Russia Today работают непрофессионалы, раз там нет полной свободы слова? Но при этом есть классная картинка, оперативность, креативная подача...

- Russia today среди наших новостных телеканалов – номер один. Он делается профессионально. Там представлены, хоть и слегка искаженно, все точки зрения. В отличие от "России-24". В этом вопросе RT, безусловно, профессиональнее "России-24". Сомнений нет.

- Случилась либерализация партийной жизни – много партий. Новостных станций, кстати, тоже стало много. Тех, что вроде бы позволяют себе многое в эфире, даже "Маяк" осмелел. Но не является это тем же, что и в партийной жизни – имитацией?

- Неправильная параллель. Потому что главное в медиа – это потребитель, а не журналист. Когда много разговорных станций, это хорошо. Это конкуренция, где слушатель голосует ухом и кнопкой за ту станцию, за те программы, которые ему нравятся. Это хорошо. С другой стороны, конкуренция заставляет нас, лидеров рынка, двигаться быстрее. Не дает нам застояться, заставляет крутиться и делать передачи более потребляемыми, более качественными. Я ставлю здесь знак равенства. Конкуренция – хорошо, даже если много маленьких станций с рейтингом на уровне "Финам FM". Но вот радиостанция "Финам FM" взяла и перехватила Кудрина - а мы не успели, черт побери! Это заставило меня созвать собрание, "вставить" продюсерам по самое не горюй. Сам факт существования разнообразных медиа важен. Весь рынок модернизируется - от первых игроков до последних. Это важно.

- По поводу конкуренции: ваш заместитель Владимир Варфоломеев часто составляет своеобразные отчеты. Когда случается ЧП (теракт, крушение самолета и т.п.), он анализирует, какая станция сообщила об этом раньше, какая раньше выдала первый комментарий. Для Вас важнее - просто первыми сообщить или лучше чуть позже, но за то – с комментарием?

- Важнее - комментарий. Мы все (прим. ред.: все станции) получаем примерно одинаковую информацию, одинаковые ленты информационных агентств. Сама по себе новость интереса особого не представляет. Ну, упал самолет... А когда, например, выясняется, что это был Superjet и еще всплывают другие важные обстоятельства, то в такой ситуации, конечно, важнее получить комментарий профессионала. Наша аудитория не хочет просто глотать, она хочет разжевывать, она хочет разобраться. Поэтому ставка делается на приглашение экспертов, а не просто зачитывание ленты.

- У вас в конкурентах есть "вражьи голоса" - "Радио Свобода", BBC и т.п. На ваш взгляд - СМИ, финансируемые из-за рубежа, сейчас нужны? Или в России уже достаточно своих независимых радиостанций?

- Это должен выбирать пользователь. Вот есть "Радио Свобода", "Голос Америки", Radio France и другие. Есть некая аудитория, которая почему-то выбирает их. И пусть этот продукт остается на рынке. Представьте: есть вегетарианская деревня, где есть все-таки пара семей, в которых едят мясо. Это же не значит, что местные магазины должны выкинуть с прилавков мясо. Раз есть аудитория, игрок должен быть на рынке.

И абсолютно все-равно, кто их финансирует. Важен продукт. Качественный ли он, точный ли, интересный или нет. Например, все до сих пор уверены, что мы финансируемся "Газпромом". А мы ни копейки не получили. Ну, и пусть будут уверены. Важно ведь, качественный продукт мы делаем или нет.

- К слову о "Газпроме". В начале хода медиасообщество напряглось по поводу смены в совете директоров "Эха". Волновались и журналисты станции. Сейчас выдохнули, испуг прошел?

- Все же понимаем, что этот жест был скорее символическим. Вывести журналистов из совета директоров, на мой взгляд, было ошибочным решением акционера. Хотя и юридически оправданным. Мы не понимали, и я продолжаю недоумевать, почему нужно было это делать в таком срочном порядке - в марте. Ведь собрание должно было состояться в июне. Сделано было все быстро и нервно. Важно не что, а как. Это была демонстрационная борьба с журналистами, связанная с освещением нами протестного движения. Это не мои догадки, я это знаю. Вопрос решался на уровне руководителей государства.

- А Вам не кажется, что зимой "Эхо" и вправду перегнуло палку, став рупором протестного движения? Например, ведущая Ксения Ларина восторженно говорила о Болотной, анонсировала акцию и призывала всех на нее прийти. "Эхо Москвы" что, как у Ленина, стало пропагандистом и организатором?

- Мы не стали организаторами. Ксения Ларина подробно рассказывала о митинге на Болотной, а я подробно рассказывал о митинге на Поклонной. В списке наших постоянных героев, гостей были организаторы митинга на Болотной и площади Сахарова – Владимир Рыжков и Виктор Шендерович, но были и организаторы митинга на Поклонной – Александр Проханов и Максим Шевченко. Так что счет 2:2, извините. И задолго до митингов я так выстроил редакционную политику, что наши слушатели получали разные точки зрения еженедельно на одни и те же события. И когда все резко обострилось, оказалось, что наши постоянные герои и там, и там. Да на здоровье!

А почему такое острое восприятие? Потому что те люди, которые были организаторами митинга на Поклонной горе, присутствовали и в эфире других СМИ. А когда я начал наверху разбираться, почему мне тыкают Рыжковым... А Проханов, спросил я? Не заметили они. Просто Проханов везде был, он растворяется. А Шендерович только у нас. Вот и вся история. Но это вопрос восприятия.

- Вас не напрягает быть эдаким аппаратчиком ЦИКа, который подсчитывает в секундах, чтобы у всех политических сил в эфире было равное время?

- Нет, не напрягает. Тем более, мы частная станция. Был у нас Михаил Леонтьев, он ушел. Ему было неудобно, он не справлялся с Матвеем Ганапольским. И когда он ушел, то я подумал, что этот якобы государственно-патриотический спектр должен быть представлен другим героем. Я позвал Максима Шевченко. Не мое дело отбирать для слушателей точки зрения, мое дело – их организовать.

- Вас часто об этом спрашивают: когда Владимир Владимирович-то на "Эхо" придет? И Вы каждый раз говорите - идут переговоры, скоро он будет в эфире... Когда же он до "Эха "дойдет?

- Владимир Владимирович... (пауза) идет. Но не дошел. Но это же вопрос престижа, а не содержания. Те, кто хочет познакомиться с мнением Владимира Владимировича, могут это сделать. Прямые линии, газетные статьи, интервью... Я сомневаюсь, что придя на "Эхо", он скажет что-то новое. Интервью с Медведевым (прим. ред.: летом 2011 года), например, было по одной теме – Грузия. И три журналиста, двое из которых работают и на "Эхо". И целый час эфира. Вот я готов с Владимиром Путиным говорить по одной теме. Хоть по кооперативу "Озеро" (прим. ред.: дачный потребительский кооператив на берегу на Карельском перешейке, близ посёлка Соловьёвка. Учреждён 11 ноября 1996 года Владимиром Путиным и еще семью пайщиками). Готов ли он?


5926 ONAIR.RU 28.05.2012 TEXT АРХИВ Прислать свою новость!








OnAir.ru

При полном или частичном использовании материалов активная индексируемая ссылка на сайт OnAir.Ru обязательна! Портал работает на PortalBuilder2 R5 HP.Свидетельство на товарный знак №264601, №264991 Российское агентство по патентам и товарным знакам.

Условия использования - Политика конфиденциальности - О защите персональных данных

Мобильная версия сайта